На днях в Ингушетию вернулся Аслан Патиев, задержанный по подозрению в совершении теракта в центре Ставрополя 26 мая. Через два дня после взрыва его схватили вместе с неким Барахоевым, по нашим данным, являющимся сотрудником ингушского ГАИ,  и доставили в Ставрополь для проведения следственных действий.

- По первоначальной версии следствия, Аслан якобы привез в Ставрополь бомбу и даже частицы взрывоопасного вещества якобы обнаружили у него на одежде, – рассказал источник, близкий к следствию.

Как потом оказалось, молодой человек выехал из Ставрополя в Магас за два часа до взрыва. И тому нашлись многочисленные свидетели. Аслан учится заочно на экономическом факультете одного из вузов Ставрополя и сюда приезжал, чтобы сдать сессию. Две недели его продержали в следственном изоляторе и за неимением улик отпустили.

- Все следственные действия в адрес моего подзащитного проведены в рамках закона без каких-либо нарушений, – сказал адвокат Патиева Евсей Осиновский. – Аслану не было предъявлено обвинение. Причастность его к теракту так и не подтвердилась.

Получается, что  парня взяли ни за что? Некоторые общественные организации не преминули тут же воспользоваться случаем и подняли шум: опять силовики беззаконие чинят.

Тем не менее досье у Аслана не отличается кристальной чистотой. Под подозрение спецслужб Патиев попал после того, как его младший брат Ислам подался в боевики. В марте 2009 года Ислама убили. Его пытались задержать милиционеры, в ответ он открыл огонь. Сразу же после смерти брата Аслана занесли в «черный список» спецслужб. Тогда же разошелся слух, что он якобы объявил милиции Карабулака кровную месть.

Более того, гражданская жена Аслана Мадина является вдовой боевика. Как известно, «черные вдовы» нередко становятся смертницами. Вот в это месиво стереотипов и попал студент. Кто сказал, что сын за отца не отвечает? На Кавказе отвечать приходится за ошибки своих родственников и любимых, иногда даже собственной свободой.

- Парня опросили на детекторе лжи. Прибор показал, что он владеет всеми видами оружия, убивал, состоял в НВФ, причастен к организации терактов. Но в случае со Ставрополем он оказался чист, – рассказал источник. – Как известно, данные, полученные с помощью детектора лжи, не могут использоваться в качестве доказательства в суде. Никаких улик против него не было, кроме родственников, сотрудничающих с НВФ.

Аслан сейчас уже в Магасе. Нам удалось дозвониться до его мамы Хадижат:

- Сейчас Аслан на работе. После Ставрополя он стал очень нервным, молчит, замкнулся. По ночам у него поднимается температура, – рассказала она.

Второго задержанного вместе с Асланом тоже отпустили, правда, под подписку о невыезде. При обыске у него в доме обнаружили оружие. К взрыву в Ставрополе он тоже не причастен.

Когда Аслана уже отпускали из-под стражи, следователь «не для протокола» спросил у парня, зачем он живет с потенциальной смертницей.

- Люблю я ее, – ответил Аслан. 

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ 

16-летнему танцору ансамбля «Казбек», получившему во время теракта в Ставрополе множественные осколочные ранения, в московской клинике ампутировали ногу. Его доставили на самолете МЧС в НИИ хирургии им. Вишневского, но и московские врачи оказались бессильны.

- Ибрагим был в тяжелом состоянии, у него множественные осколочные ранения. Сильнее всего пострадали ноги. Мы были уверены, что у парня есть все шансы не потерять их, но, увы, – сообщили «КП» в краевой больнице.

Изображение на экране телефона прыгает, но главные действующие лица угадываются легко. Среди ярких малиновых курток и белых рубашек рослая школьница в форме выглядит «черной вороной». Она дерется с щуплым пятиклассником.

- Давай! Давай! – подзадоривают одноклассницы. На девочку со спины накидывается одноклассница. Еще один мальчишка лезет с кулаками. 

Все это похоже на школьный бойцовский клуб. Жестокая игра, но дети смеются и подбадривают бойцов. А через 20 минут после драки «черную ворону» увезут на «Скорой». Как выяснится – с сотрясением мозга.

КАК РАЯ СТАЛА «ЧЕРНОЙ ВОРОНОЙ»

Четыре года назад в школе № 24 станицы Александрийской Георгиевского района решились на странный эксперимент. Из четырех первых классов в один набрали только девчонок, в другой только мальчишек. Плохо ли, хорошо ли, но за 4 года дети привыкли учиться в однополой среде. А потом их перемешали. В разношерстной компании стали возникать конфликты. Появились свои вожаки и изгои. В 5-м «Б» изгоем стала Рая. Шпыняли часто – за то, что коровами от нее пахнет, на дискотеки не ходит, юбки ниже колена носит. Отстаивать свое «я» школьнице приходилось кулаками.

- Подрались из-за того, что я хорошо не одеваюсь. Я просто люблю длинно, а они говорят: ты наш класс позоришь. Меня часто унижали. Говорили, если учительнице скажешь или родителям, мы тебя изобьем, – вспоминает Рая. – Били меня сначала у памятника, где священный огонь. Потом взяли мой портфель и побежали в кусты, а когда я пыталась его забрать, опять начали бить. Сильно. Ногами по шее, плечу, ногам. Из носа кровь шла.

После драки Рая, по ее словам, пролежала без сознания 15 – 20 минут, пока не приехала «Скорая». Врачи нашли у девочки сотрясение мозга.

«САЖАТЬ НЕ ХОТИМ, НО В СУД ОБРАТИМСЯ!»

Драку не оставила без внимания милиция: назначили судмедэкспертизу, а семерых «бойцов» поставили на учет.

- Обстановка в школе плохая, – считает начальник ОДН ОВД по Георгиевску Сергей Шмаленко. – Учительница о конфликтах в классе знала, но директору не сообщала. Плохо велась профилактическая работа, за что местного участкового уже наказали.

Узнав об избиении Раи, родители драчунов заставили их ехать к девочке в больницу и просить прощения. Но родным Раи извинений недостаточно.

- Мы не хотим никого сажать, но в суд подадим, – говорит бабушка девочки. – Почему моя внучка должна страдать из-за чужих детей?

Родители «чужих» до сих пор не могут понять, почему их благополучные отпрыски избили девочку.

- Все началось у них на уроке, – говорит мать одного из драчунов. – Рая с Денисом повздорили и договорились выяснить отношения при свидетелях. Целый класс стоял и смотрел, как они дерутся, но никто не разнял.

- Эта девочка сама была не против подраться, – излагает свою версию драки мать Раиной одноклассницы. – Но и педагогу нашему надо было раньше довести до сведения родителей, что есть в классе конфликты.

«Выявлением новых лидеров в классе» назвала одна из мам всплеск звериных инстинктов у детей. Оправдательная позиция родителей понятна и предсказуема: драка была обычным школьным конфликтом. Шок вызывают лишь «необычные» формы его решения. Или избиение с особой жестокостью, искалечившее ребенка, – уже норма школьной жизни?